1 декабря 2022

Ювелирная работа: как разминировали Днепр после нацистской оккупации

Related

Днепровская дзюдоистка Елизавета Литвиненко вернулась из Чемпионата мира с «бронзой»

Дзюдоистка Елизавета Литвиненко вернулась после соревнований с победой. Президент...

Медицинские учреждения в Днепре: какая медицина в городе?

На территории Днепропетровской области продолжается развитие медицинской инфраструктуры –...

История Днепровского роддома №1

Днепропетровский городской роддом №1 (сейчас уже Днепровский) был основан...

Какая эпидемическая ситуация с ОРВИ на Днепропетровщине?

С началом прохладных дней и ночей, соответственно меняется и...

Share

Выгнать нацистов из Днепропетровска в октябре 1943 года было делом непростым. Не менее тяжело было наладить мирную жизнь. При отступлении немецкие войска взрывали или минировали промышленные предприятия, мосты, дороги, почтовые отделения, жилые дома. Поэтому обустройство послевоенной жизни начиналось с прохода саперов. Дальше на idnepryanin.

О работе сапера

Имена героев Второй Мировой войны по большей части ассоциируются с их принадлежностью к каким-нибудь известным родам войск. Авиация, флот, танковые войска. Это элита. Саперы тоже были элитой, но при этом их можно назвать и чернорабочими. Солдаты-пахари, солдаты-труженики. Их мужество покрыто пылью и грязью, а не толстым слоем лоска.

Попробуйте представить себе будничную работу сапера во время войны. Вы — сапер. Будьте готовы по-пластунски проползти везде, где потребуется. Через заросли, камыши, через овраги и холмы, по песку, грязи и куче битого стекла. Ваш враг почти незаметен — тонкая проволока, маленький колышек. Не исключено, что придется ползти через поле боя. Вокруг взрывы и выстрелы. Ваша обязанность — не обращать на все это внимание. И смотреть вперед и по бокам. Очень внимательно смотреть. Поиск мин — это не только смелость. Неосторожное движение или секундная рассеянность грозят смертью. 

По словам бывших фронтовиков, поговорка про сапера и единственную ошибку не всегда означала гибель от вражеской мины. Когда шла какая-нибудь наступательная операция, и войска свозили эшелонами, первыми шли саперы. Они лично проводили войска через минные поля, которые сами же и делали. Проходы через минные поля были известны только этим саперам. Первым шел он сам, за ним ехал танк, за танком шел с пистолетом в руке сотрудник особого отдела. Если танк подрывался на мине, особист расстреливал сапера на месте. Никакие объяснения, вроде, «забыл» или «проглядел», тогда в расчёт не принимались. Если позволил танку подорваться, ты шпион или диверсант.

Немецкие уловки

Немцы умели воевать, причем делали это творчески и с фантазией. Они любили устанавливать растяжки и прыгающие мины. Если задеть по неосмотрительности проволочное ограждение или недостаточно тщательно осмотреть его, тут же попадешь под взрыв замаскированного снаряда. Если был дефицит снарядов, немцы устанавливали сигнальную ракету. Когда она взлетала вверх, по саперу открывался жесточайший огонь. Выбраться живым из такого приключения было невозможно. 

Прыгающие мины размещали на автомобильных дорогах, проселочных дорогах и тропинках. Везде, где теоретически могла пройти пехота. Размещали в шахматном порядке. Стоило наступить в процессе марша на такую мину, как она подпрыгивала вверх на высоту до полутора метров, а осколки разлетались на расстояние до ста метров. Помимо поражающего эффекта такие мины оказывали сильное психологическое воздействие на солдат.

Быт и кадровая политика

Текучесть кадров была высокая — саперы погибали практически ежедневно. Если повезло выжить, попав под осколки, то боец лишался рук или ног. Ошибались саперы часто. Это объяснялось тем, что инженерные подразделения комплектовались как придется и кем придется. Чаще всего это были солдаты, непригодные к строевой службе. Или бойцы после госпиталя, имеющие физические недостатки, которые не позволяли продолжить службу в танковых войсках, артиллерии или стрелковых подразделениях. Обучать их приходилось сразу в полевых условиях. Ни о каких двух-трех месяцах обучения на полигоне не могло быть и речи. 

Что такое обезвредить одну мину? Ведь она не красуется на всеобщем обозрении, а спрятана в земле, утрамбована и замаскирована. А саперу нужно проползти по земле, от мины к мине, каждую ощупать и принять решение по каждой конкретной мине. Миноискатель тут бесполезен, иначе сапер станет отличной мишенью для снайпера или обычного стрелка. Поэтому даже зимой у саперов вся форменная одежда была мокрой от пота.

Привлекали к разминированию и собак. Самый знаменитый отечественный хвостатый сапер — немецкая овчарка Джульбарс. Собака обладала исключительным чутьем, благодаря которому удалось обезвредить 150 снарядов и более шести тысячи мин. Пес принимал участие в разминировании дворцов Будапешта, мостов Праги, соборов Вены и Владимирского собора в Киеве. Утверждается, что пес был награжден медалью «За боевые заслуги» и принимал участие в Параде Победы. Но это не более, чем красивые мифы. 

Борцы с нацистским наследием

Саперы, как мы уже упоминали, всегда считались элитным подразделением. В каждом воинском формировании такие специалисты были на вес золота. И они же выдвигались на первый план, когда советские войска освобождали от немцев очередной город. Здесь уже не надо было ползать по земле, можно спокойно использовать миноискатели. Это облегчало задачу. Но не делало ее ни на грамм безопаснее.

Днепропетровск во время войны был разрушен на две трети, жилой фонд потерял 40% зданий. Проспект Карла Маркса был разрушен почти полностью. Был разрушен днепропетровский оперный театр, который после войны прекратил свою деятельность вплоть до 70-х годов. От городских театров вообще мало что осталось. Как и от горного института. Ценнейшие фонды областного архива сгорели. Музеи были разграблены.  Крупнейшие заводы (им. Петровского, им. Карла Либкнехта, им. Коминтерна) разрушены или взорваны. Также были разрушены все мосты через Днепр и важнейшие железнодорожные узлы. Что не было разрушено, было заминировано. И это при том, что немцы отступали поспешно, и полномасштабное минирование провести не успели.

Затаив дыхание

Если пройтись по центральным улицам Днепра, например, по Исполкомовской или Писаржевского, на стенах старых домов можно увидеть затертые и выцветшие надписи «Проверено. Мин нет». Расположены они примерно на уровне глаз, чтобы надпись была видна сразу. Рядом будет написана дата, а также фамилия и звание солдата, который проводил разминирование. Дата — октябрь-ноябрь 1943 года. Таким образом, на разминирование города потребовалось два месяца. 

В первую очередь разминированию подлежали стратегические объекты — заводы, фабрики, железные дороги, автомобильные дороги. Потом саперы приступали к разминированию жилых домов. Для разминирования городов тогда в основном привлекались бойцы до 35 лет, у которых было инженерное образование. Для защиты от осколков взрывчатки саперы применяли стальной нагрудник. Обезвреживать приходилось не только мины, но и неразорвавшиеся снаряды. Их, как правило, находили на крышах домов или во дворах частного сектора. Местные жители оказывали саперам посильную помощь, иногда очень весомую — сообщали, в какие здания перед отступлением немцы завозили взрывчатку. 

Работа сапера даже в освобожденном городе была также смертельно опасной. Приходилось обезвреживать не просто мины, а мины, которые были установлены с известной немецкой скрупулезностью. При закладке мины применялись уже известные нам уловки и секреты. Детонаторы немецких мин были латунными, тогда как в Красной армии — железными. Это создавало дополнительные трудности при разминировании. Ну а после окончательной проверки на стену здания наносилась знаменитая надпись «Проверено. Мин нет». И фамилия бойца. 

Молодцы, бойцы.

.,.,.,.